Испанский детский дом 

2 ноября 2011 г. на площади Бондаренко состоялось торжественное открытие памятника воспитанникам испанского детского дома. Памятник, пусть и небольшой, но вызвал немало эмоций и воспоминаний у бывших воспитанников детского дома. Они, несмотря на возраст, прилетели из Испании, чтобы присутствовать на открытии, и еще раз посмотреть на ставшие родными места. И вспомнить все…

17 июля 1936 года прозвучавшая в радиоэфире печально-знаменитая фраза «Над Испанией безоблачное небо!» послужила водоразделом истории Европы на «до» и «после» начала фашистского мятежа, вспыхнувшего в Испании. Советский Союз оказывал республиканцам и моральную, и негласную вооруженную поддержку. Война затягивалась, Сталин предложил руководству Народного фронта переправить к нам детей испанских антифашистов. Наркомпрос получил указание срочно создать для них специальную сеть интернатов. 

Детский дом для испанских детей N 5 решено было разместить в районе станции Обнинское. Здесь, неподалеку от "дачи Морозовой", только что возвели огромное строение - оно предназначалось под санаторий для детей, больных туберкулезом. ( Ныне оно хорошо известно обнинцам как Главный корпус Физико-энергетического института).

На расчищенной от леса площадке вблизи живописного соснового парка встало массивное пятиэтажное здание с выдвинутыми вперед флигелями и длинными боковыми крылами, похожее на настоящий дворец. К лету 1937 года сюда уже привезли первую партию больных туберкулезом детей, вроде бы детдомовцев, и их даже успели выкупать и переодеть, как вдруг поступил приказ - здание передается под испанцев.

Наших детей тут же увезли, вывезли и основную часть мебели, чтобы заменить ее на более качественную и удобную. 23 июня в два часа дня испанские дети прибыли на станцию Обнинское особым поездом из Ленинграда (куда их доставили прямо из горящего Бильбао на океанском теплоходе "Сантай"). Здесь было около пятисот мальчиков и девочек в возрасте от 3 до 17 лет и нелько десятков воспитательниц-испанок.

Первая встреча была организована в морозовском парке, где на поляне стояли маленькие белые столики с легким завтраком из какао, бутербродов и испанских апельсинов, каких никогда не видели в этих краях. Детей встречали и колонисты, и жители окрестных деревень. Сотни людей длинными рядами выстроились вдоль дороги. 

Маленькие дети, приехавшие одни, без родных, в Советскую землю, доверчиво обхватывали руками шею незнакомого, но братски родного дяди, и, улыбаясь, хлопали в ладоши. Их засыпали цветами. Дети постарше шли с поднятым вверх кулаком правой руки, выкрикивая приветствие по-испански: "Salud camarada!" Но многие дети сторонились незнакомых людей, держались замкнуто и угрюмо, и в их огромных, черных, как маслины, глазах застыло глубокое горе. Ведь всего две недели назад их дома бомбили фашистские самолеты, многие только что потеряли своих родителей. Здесь были и сироты, и дети сражающихся революционеров, в том числе сын самой Долорес Ибаррури. 

Жизнь маленьких испанцев в детском доме подробно описывает в своем документальном рассказе бывший пионервожатый Дмитрий Дмитриевич Гунин. 

Управляться с ними было очень непросто, особенно в первое время, когда дети еще не привыкли к русскому языку, а наши педагоги - к испанскому. Переводчиков же было слишком мало. Но главная трудность состояла в понимании особой психологии, нравов и обычаев испанцев. Вот что произошло уже на следующее утро после приезда, когда ребят вывели на первую прогулку: 

"С поляны за рощей неслись дикие вопли. Вожатые побежали туда. На поляне ребята яростно топтали траву и плевались. Из бессвязных выкриков выделялись слова: "Балильо!", "Итальяно!", "Фашисто!" Оказывается, весь этот ералаш вызвала... ромашка. Выяснилось, что в Италии ромашка - символ детской фашистской организации "Балильо".

В первое время дети почти ничего не ели, но как только их вкусы (главным образом пристрастие к острой пище) удалось выяснить, проблема разрешилась.

Дети долго не могли привыкнуть к спокойной мирной жизни, ощутить, что они находятся в безопасности. По ночам их все время мучили кошмары. Особый ужас вызывал гул самолета, пробуждавший жуткие воспоминания о бомбежках. А здесь как раз проходила авиатрасса Москва-Киев. В один из первых дней, когда во время прогулки над детдомом послышался грозный рев снижающегося самолета, дети в ужасе бросились спасаться и разбежались по окрестным лесам. Собрать их удалось лишь на вторые сутки. После этого по особому распоряжению из Москвы полеты в районе детдома были временно прекращены. 

Маленькие испанцы были в основном выходцами из бедных семей, а некоторые воспитывались в приютах при монастырях, где господствовал самый суровый режим. Во всяком случае, игрушки они видели только самодельные, и когда в детдом доставили целую кучу настоящих игрушечных кукол и машин, это вызвало неописуемый восторг. Но поскольку на всех одинаковых игрушек, естественно, не хватило, дети решили поступить в соответствии с республиканскими принципами (как они их понимали): всем поровну. Шахматы раздали по одной фигурке, а чудесные педальные автомобили, на которых только что катались по двору, разобрали по винтикам. Уцелели лишь мячи, и мальчишки с девчонками с неистовым азартом бросились играть в футбол прямо в комнатах и на лестницах. 

После нескольких часов футбольного буйства были выбиты все стекла, переломаны столы и шкафы - словом, огромное здание подверглось форменному разгрому. Но это отнюдь не было проявлением каких-то хулиганских наклонностей, просто дети крайне нуждались в эмоциональной разрядке. В дальнейшем педагогам детдома, поднаторевшим в испанском, удалось установить с воспитанниками отличный контакт и приучить их к сознательной дисциплине. 

Не удивительно, что штат детдома был очень велик (более 400 человек), ведь дети нуждались в особо тщательном присмотре. С самого начала к испанскому детдому было приковано особое внимание высшей власти, поскольку речь шла о важнейшей дипломатической акции. Не прекращались наезды высоких комиссий из Москвы, изводивших директора и сотрудников противоречивыми указаниями, бессмысленными придирками и угрозами. Педагоги в полном смысле слова головой отвечали за каждого ребенка.

Несмотря на это, детей не держали взаперти, они имели возможность свободно гулять по окрестностям. На прогулки их водили в сопровождении воспитателей, но в первое лето дети часто пускались в путешествия самовольно. Иногда в их поисках приходилось прочесывать все окрестные леса, а пяткинские мужики обшаривали с баграми дно Протвы. Но каждый раз отважные путешественники благополучно возвращались. 

Особенно их привлекала дорога на станцию Обнинское. "Неожиданно позвонил начальник разъезда Стеценко, - вспоминает Дмитрий Гунин, - двенадцать подростков напали на служебное помещение разъезда, двигают рычагами входных семафоров, разговаривают по селектору с диспетчером в Москве. Движение на этом участке дороги прекратилось. 

- Где они сейчас? - спросил я. 
- Запер в аппаратной! Забери их скорее, иначе они мне весь разъезд выведут из строя! 

Когда я на полуторке прибыл к разъезду, то увидел, что по обеим сторонам входных стрелок замерли грузовые составы: семафоры точно взбесились, ежесекундно поднимаясь и опускаясь".

Ребята совершенно не осознавали опасности этой страшно увлекательной игры и наперебой рассказывали вожатому, как им было интересно. 

А вскоре шестеро мальчишек отправились прямо по шпалам в Москву с развернутым красным знаменем. Оказалось, что они хотели пожаловаться самому товарищу Сталину на то, что им... не дают работать и заставляют жить тунеядцами. После этого при детдоме была создана детская техническая станция, которую сами дети восторженно называли фабрикой. Из Москвы привезли станки и оборудование. При станции организовали несколько кружков, в том числе авиамодельный. 

Постепенно дети достигли высокого мастерства в токарном, слесарном, сапожном и плотницком ремеслах и даже могли смастерить педальные машины, аналогичные тем, которые в первые дни разобрали по винтикам. По инициативе ребят, загоревшихся после просмотра фильма "Джульбарс" (кино привозили каждую неделю), для них был выделен большой участок под живой уголок. Сюда они собрали беспризорных дворняжек со всей округи, а потом смастерили голубятню и птичий двор. Когда у них появилось настоящее дело, которому они отдавались с тем же безудержным порывом, побеги и другие нарушения дисциплины сошли на нет. Вскоре был организован испанский ансамбль, где дети показали себя прекрасными певцами и танцорами, и духовой оркестр. 

Но, пожалуй, самым главным увлечением для мальчишек стал футбол. Сборная детдома регулярно встречалась с юношескими командами Москвы и других городов, нередко одерживая блестящие победы - здесь бурный темперамент и напористость были как нельзя более кстати. 

Осенью в детдоме была создана общеобразовательная школа, что явилось весьма нелегкой задачей. Необходимо было сохранить у маленьких испанцев родной язык, ведь предполагалось, что все они вернутся на родину. Поэтому преподавание всех предметов вели только на испанском, а русскому обучали как иностранному. В младших классах учительницами стали испанки, которых наставляли опытные педагоги детдома, а в старших преподавали наши учителя через переводчиков. 

Для детей была характерна крайняя политизированность, все они очень остро переживали за положение в своей стране. Известия о поражениях республиканцев каждый раз вызывали взрывы отчаяния и жуткие рыдания. Зато торжественный прием в пионеры, приуроченный к празднованию двадцатилетней годовщины Октября, вызвал бурю восторгов. А вскоре в детдоме появилась комсомольская ячейка. 

На Первое мая следующего года воспитанников Обнинского детдома пригласили выставить отдельную колонну на параде на Красной площади. Это стало традицией, которой маленькие испанцы очень гордились. Ребята часто бывали в Москве, в театрах и музеях, их возили на экскурсии и в другие крупные города. А в Обнинское приезжали ведущие музыкальные коллективы, такие как Краснознаменный ансамбль песни и пляски и Симфонический оркестр Всесоюзного радио. Особенно часто бывали воспитанники хореографического училища Большого театра, взявшие шефство над детдомом. 

Очень тесные отношения сложились с ближайшими соседями – ребятами из колонии "Бодрая жизнь". Коллективы детей вступали в соцсоревнование, в том числе, между отдельными классами, но официальными мероприятиями дело не ограничивалось. Дети постоянно ходили друг к другу в гости, устраивали совместные праздники и вечера самодеятельности, спортивные состязания, вместе купались на речке и ходили в походы по окрестностям. Когда в 1939 году горела деревня Пяткино, все вместе бегали помогать тушить пожар. Некоторое время испанский детдом параллельно возглавлял директор школы-колонии М.С.Мякотин. А двое испанских школьников, наиболее успешно освоивших русский язык, учились среди колонистов с девятого класса. 

Воспитанники детдома и их взрослые соотечественницы очень любили ходить на дачу в Бугры, с гостеприимным хозяином которой они сразу подружились. П.П. Кончаловский отлично знал испанский язык еще со времени своего путешествия по этой стране и прекрасно исполнял на нем зажигательные народные песни. Петр Петрович часто рисовал маленьких испанцев, создав целую галерею портретов и жанровых этюдов. А его сын Михаил влюбился в одну из сопровождающих детей девушек-испанок очаровательную Эсперансу, и вскоре состоялась свадьба. 

Изредка в детдом наведывались испанские революционеры, приезжавшие в Москву. Уже после поражения республики, раздавленной превосходящими силами интервентов, и установления фашистской диктатуры Франко у ребят побывали руководители испанской компартии - Хосе Диас и "живая легенда" - Долорес Ибаррури. 

С началом Великой Отечественной войны испанский детдом эвакуировали в Саратовскую область. Немало старших воспитанников добровольцами ушли на фронт, и многие из них отдали жизни за спасение своей второй родины от фашистской угрозы. Сын Долорес Ибаррури Рубен, ставший летчиком, погиб в воздушном бою под Сталинградом и был удостоен звания Героя Советского Союза. 

А как сложились судьбы других воспитанников? Еще до войны испанские революционеры настаивали, чтобы по окончании школы детей направляли учиться рабочим специальностям, так как на родине они все равно не смогли бы устроиться на работу с нашим высшим образованием. Но педагоги детдома планировали для своих питомцев обучение в советских вузах. В итоге вопрос разрешился в соответствии с желанием и склонностями самих ребят. Впоследствии одни вернулись на родину, а другие остались в нашей стране, создали здесь семьи и стали советскими гражданами.

Л и т е р а т у р а:

Обнинск – первый наукоград России: история и современность [Текст] = Obninsk- the first sciene city of Russia: past and present. / Ред. Т.М. Ларина. - Обнинск : Ресурс, 2006. – С. 169-173. : ил. - Библиогр.: с. 136-137 Ефимова И. Дети Испании на Обнинской земле /И.Ефимова //Обнинская газета. – 2012. - №№14-15

В тексте использованы фотографии портала «АЙК-Обнинск»

Памятник исп. дет дому
Ближайшие памятники

Видео
Стела «Обнинск»,
21.12.2012
Посещение круглосуточно
Легко добраться общественным транспортом
Часто посещаемое место
Можно с животными
Фотосъемка разрешена